Отрекаясь от революции, Есенин отрекался и от своей прежней роли преобразователя. В «Москву кабацкую» Есенин включил стихотворение «Я обманывать себя не стану...» — свое поэтическое оправдание:
Не злодей я и не грабил лесом,
Не расстреливал несчастных по темницам.
Я всего лишь уличный повеса,
Улыбающийся встречным лицам.
История русской литературы XX века (20‒90-е годы). Основные имена. М.: Издательство Московского Университета, 1998.
«Не расстреливал несчастных по темницам...» — в этой строке, возможно, сказалась реакция Есенина на появившиеся в эмигрантской печати обвинения в сотрудничестве с ЧК[MC9] и прислужничестве властям, на попытки сблизить его имя с именем Г. Распутина.
Козловский А.А. Комментарий // Есенин С. А. Полное собрание сочинений. В 7 т. Т. 1. М.: «Наука» — «Голос», 1995.
Естественно, что «символический цилиндр» с полным эффектом переносится из жизни в стихи. Он становится неизменным атрибутом есенинского лирического героя — поэта хулигана; подчеркнутый бытовой жест переходит в поэтический прием. В хрестоматийных строках есенинской лирики двадцатых годов цилиндр более чем удачно приспособлен и для метафорического парадокса:
Я хожу в цилиндре не для женщин —
В глупой страсти сердце жить не в силе, —
В нем удобней, грусть свою уменьшив,
Золото овса давать кобыле.
Лекманов О.А. (признан на территории РФ иноагентом), Свердлов М.И. Сергей Есенин. Биография // М.: АСТ, CORPUS, 2015.
«Я обманывать себя не стану…»
Я обманывать себя не стану,
Залегла забота в сердце мглистом.
Отчего прослыл я шарлатаном?
Отчего прослыл я скандалистом?
Не злодей я и не грабил лесом,
Не расстреливал несчастных по темницам.
Я всего лишь уличный повеса,
Улыбающийся встречным лицам.
Я московский озорной гуляка.
По всему тверскому околотку
В переулках каждая собака
Знает мою легкую походку.
Каждая задрипанная лошадь
Головой кивает мне навстречу.
Для зверей приятель я хороший,
Каждый стих мой душу зверя лечит.
Я хожу в цилиндре не для женщин —
В глупой страсти сердце жить не в силе, —
В нем удобней, грусть свою уменьшив,
Золото овса давать кобыле.
Средь людей я дружбы не имею,
Я иному покорился царству.
Каждому здесь кобелю на шею
Я готов отдать мой лучший галстук.
теперь уж я болеть не стану.
Прояснилась о в сердце мглистом.
Оттого прослыл я шарлатаном,
Оттого прослыл я скандалистом.
1922 г.
Отрекаясь от революции, Есенин отрекался и от своей прежней роли преобразователя. В «Москву кабацкую» Есенин включил стихотворение «Я обманывать себя не стану...» — свое поэтическое оправдание:
Не злодей я и не грабил лесом,
Не расстреливал несчастных по темницам.
Я всего лишь уличный повеса,
Улыбающийся встречным лицам.
История русской литературы XX века (20‒90-е годы). Основные имена. М.: Издательство Московского Университета, 1998.
«Не расстреливал несчастных по темницам...» — в этой строке, возможно, сказалась реакция Есенина на появившиеся в эмигрантской печати обвинения в сотрудничестве с ЧК[MC9] и прислужничестве властям, на попытки сблизить его имя с именем Г. Распутина.
Козловский А.А. Комментарий // Есенин С. А. Полное собрание сочинений. В 7 т. Т. 1. М.: «Наука» — «Голос», 1995.
Естественно, что «символический цилиндр» с полным эффектом переносится из жизни в стихи. Он становится неизменным атрибутом есенинского лирического героя — поэта хулигана; подчеркнутый бытовой жест переходит в поэтический прием. В хрестоматийных строках есенинской лирики двадцатых годов цилиндр более чем удачно приспособлен и для метафорического парадокса:
Я хожу в цилиндре не для женщин —
В глупой страсти сердце жить не в силе, —
В нем удобней, грусть свою уменьшив,
Золото овса давать кобыле.
Лекманов О.А. (признан на территории РФ иноагентом), Свердлов М.И. Сергей Есенин. Биография // М.: АСТ, CORPUS, 2015.