В сборнике «Четки» появляются стихи, повествующие о преодолении любовной тоски, о понимании того, что жизнь прекрасна, бесконечна и непостижима, что природа и Бог могут врачевать не зарастающие раны любви.
Сушилина И. К., Щепакова, Т. А. Вознесенская, Т. И. Русская литература XIX–XX веков. Конспективное изложение программных тем. М.: Изд-во МГУП, 2000.
Отмечая аскетизм, преданность, самоотверженность ахматовской лирической героини, ее часто сравнивали с монахиней. «Читая „Белую Стаю“ Ахматовой, ― вторую книгу ее стихов, ― я думал: уже не постриглась ли Ахматова в монахини? У первой книги было только название монашеское: «Четки», а вторая вся до последней страницы пропитана монастырской эстетикой. В облике Ахматовой означилась какая-то жесткая строгость, и, по ее же словам, губы у нее стали “надменные”, глаза “пророческие”, руки “восковые”, “сухие”. <…> В этих словах, интонациях, жестах так и чувствуешь влюбленную монахиню, которая одновременно и целует, и крестит» (К. И. Чуковский, «Ахматова и Маяковский»).
Сухих И. Н. Русская литература для всех: от Блока до Бродского». СПб.: ИГ Лениздат, серия «Русская литература для всех», 2018.
«Я научилась просто, мудро жить…»
Я научилась просто, мудро жить,
Смотреть на небо и молиться Богу,
долго перед вечером бродить,
Чтоб утомить ненужную тревогу.
Когда шуршат в овраге лопухи
И гроздь рябины желто-красной,
Слагаю я веселые стихи
О жизни , тленной и прекрасной.
Я возвращаюсь. Лижет мне ладонь
Пушистый кот, мурлыкает умильней,
И яркий загорается огонь
На башенке озерной лесопильни.
Лишь изредка прорезывает тишь
Крик ста, слетевшего на крышу.
И если в дверь мою ты постучишь,
Мне кажется, я даже не услышу.
1912 г.
В сборнике «Четки» появляются стихи, повествующие о преодолении любовной тоски, о понимании того, что жизнь прекрасна, бесконечна и непостижима, что природа и Бог могут врачевать не зарастающие раны любви.
Сушилина И. К., Щепакова, Т. А. Вознесенская, Т. И. Русская литература XIX–XX веков. Конспективное изложение программных тем. М.: Изд-во МГУП, 2000.
Отмечая аскетизм, преданность, самоотверженность ахматовской лирической героини, ее часто сравнивали с монахиней. «Читая „Белую Стаю“ Ахматовой, ― вторую книгу ее стихов, ― я думал: уже не постриглась ли Ахматова в монахини? У первой книги было только название монашеское: «Четки», а вторая вся до последней страницы пропитана монастырской эстетикой. В облике Ахматовой означилась какая-то жесткая строгость, и, по ее же словам, губы у нее стали “надменные”, глаза “пророческие”, руки “восковые”, “сухие”. <…> В этих словах, интонациях, жестах так и чувствуешь влюбленную монахиню, которая одновременно и целует, и крестит» (К. И. Чуковский, «Ахматова и Маяковский»).
Сухих И. Н. Русская литература для всех: от Блока до Бродского». СПб.: ИГ Лениздат, серия «Русская литература для всех», 2018.