После появления сборника «Tristia», всего два месяца спустя, 8–9 октября 1922 года Осип Мандельштам создает программное стихотворение, в котором, обращаясь к своему веку, видит в нем зверя с перебитым позвоночником, «жестокого и слабого», оглядывающегося на собственные следы.
Дутли Р. Век мой, зверь мой. Осип Мандельштам. Биография. СПб.: Академический проект, 2005.
В произведениях Мандельштама начинает звучать мотив заклания: век уподобляется жертвенному агнцу.
Бреева Т. Н. Художественный мир Осипа Мандельштама. М.: ФЛИНТА, Наука, 2013.
«Век мой, зверь мой, кто сумеет / Заглянуть в твои зрачки / И своею кровью склеит / Двух столетий позвонки?..» Веку перебили спинной хребет, связь времен прервана, и это грозит гибелью не только старому веку, но и новорожденному: «снова в жертву, как ягненка, темя жизни принесли». Вернуть ему жизнь может только искусство — «узловатых дней колена нужно флейтою связать», привести его к «мере века золотой» — человеку. В подтексте здесь и «Флейта-позвоночник» Маяковского, и Орфей, просветитель человечества, теряющий Евридику от укуса гадюки.
Меца А.Г. Три поэтики Осипа Мандельштама // Мандельштам О.Э. Полное собрание стихотворений. СПб.: Академический проект, 1995.
Разбитый позвоночник, видение человеческой жертвы (ребенка), гадюка как «мера века золотая»: образы этого стихотворения не сулят ничего доброго. Сравнение эпохи со зверем предвосхищает «века-волкодава» в знаменитом стихотворении, написанном в марте 1931 года и послужившем, наряду с другими стихами, поводом для ареста поэта.
Дутли Р. Век мой, зверь мой. Осип Мандельштам. Биография. СПб.: Академический проект, 2005.
«Век»
Век мой, зверь мой, кто сумеет
Заглянуть в твои зрачки
своею кровью склеит
Двух столетий позвонки?
Кровь-строительница хлещет
Горлом из земных ,
лишь
На пороге новых дней.
Тварь, покуда жизнь хватает,
Донести хребет должна,
И невидимым играет
Позвоночником волна.
Словно нежный ребенка —
Век младенческой земли,
Снова в жертву, как ягненка,
Темя жизни принесли.
Чтобы вырвать век из плена,
Чтобы новый мир начать,
Узловатых дней
Нужно флейтою связать.
Это век волну колышет
Человеческой тоской,
И в траве гадюка дышит
Мерой века золотой.
И еще набухнут почки,
Брызнет зелени побег,
Но разбит твой позвоночник,
Мой прекрасный жалкий век.
И с бессмысленной улыбкой
Вспять глядишь, жесток и слаб,
Словно зверь, когда-то гибкий,
На следы своих же лап.
Октябрь 1922 г.
После появления сборника «Tristia», всего два месяца спустя, 8–9 октября 1922 года Осип Мандельштам создает программное стихотворение, в котором, обращаясь к своему веку, видит в нем зверя с перебитым позвоночником, «жестокого и слабого», оглядывающегося на собственные следы.
Дутли Р. Век мой, зверь мой. Осип Мандельштам. Биография. СПб.: Академический проект, 2005.
В произведениях Мандельштама начинает звучать мотив заклания: век уподобляется жертвенному агнцу.
Бреева Т. Н. Художественный мир Осипа Мандельштама. М.: ФЛИНТА, Наука, 2013.
«Век мой, зверь мой, кто сумеет / Заглянуть в твои зрачки / И своею кровью склеит / Двух столетий позвонки?..» Веку перебили спинной хребет, связь времен прервана, и это грозит гибелью не только старому веку, но и новорожденному: «снова в жертву, как ягненка, темя жизни принесли». Вернуть ему жизнь может только искусство — «узловатых дней колена нужно флейтою связать», привести его к «мере века золотой» — человеку. В подтексте здесь и «Флейта-позвоночник» Маяковского, и Орфей, просветитель человечества, теряющий Евридику от укуса гадюки.
Меца А.Г. Три поэтики Осипа Мандельштама // Мандельштам О.Э. Полное собрание стихотворений. СПб.: Академический проект, 1995.
Разбитый позвоночник, видение человеческой жертвы (ребенка), гадюка как «мера века золотая»: образы этого стихотворения не сулят ничего доброго. Сравнение эпохи со зверем предвосхищает «века-волкодава» в знаменитом стихотворении, написанном в марте 1931 года и послужившем, наряду с другими стихами, поводом для ареста поэта.
Дутли Р. Век мой, зверь мой. Осип Мандельштам. Биография. СПб.: Академический проект, 2005.