Игорь Васильевич Лотарев, более известный как Игорь Северянин, родился 4 (16) мая 1887 года в Санкт-Петербурге. Его отец Василий Петрович Лотарев окончил Главное (Николаевское) инженерное училище и получил чин штабс-капитана 1-ого Железнодорожного батальона. Он был потомком крестьянина, ушедшего на заработки в город из «царёвой» деревни Александровского уезда Владимирской губернии, знал два языка и любил читать. Мать же — Наталья Степановна Лотарева (Шеншина) — принадлежала старинному дворянскому роду, из которого, по преданию, произошли Николай Карамзин и Афанасий Фет.

«Запрятавшись за красный тяжёлый штоф завес, ещё теплятся свечи, и при их бледных всплесках предо мной высокомерное взнесенное к потолку лицо мучнистого цвета, со слегка одутловатыми щеками и носом. Смотришь, нет ли на нем камзола.

Перед тобой Екатерининский вельможа. Северянин сам чувствовал в себе даже наружные черты восемнадцатого века, недаром он несколько раз напоминал о родстве с Карамзиным. Не беспочвенно и его стремление выразить эти чувства в утонченных “галлицизмах”. И только такой поэт мог возникнуть в Петербурге».

«Фрагменты из воспоминаний футуриста», Давид Бурлюк

Из-за разницы в возрасте, социальном положении и характерах родители Северянина не смогли создать прочный союз и вскоре приняли решение жить раздельно. Наталья Степановна осталась в Петербурге, а Василий Петрович в 1896 году уехал вместе с сыном к сестре и брату в Череповецкий уезд Новгородской губернии. Бывали они в двух деревнях — во Владимировке и в Сойволе. Именно тут, на берегу реки Суды, двенадцатилетний Игорь Лотарев решил посвятить себя поэзии.

Юношу необычайно вдохновляла здешняя природа — длинные реки и таинственный лес, населённые нечистью, но, как признавался сам Северянин, поэтом его сделала не столько природа, сколько любовь. Первые свои стихи о любви он посвятил «Лильчатой Лиле» — Елизавете Михайловне Лотаревой, дочери своего дяди.

…Эта царевна — из Суды русалка:

Бледное тело и в страсти глаза;

Губы магниты; широкие груди;

Нежно волнисты её волоса.

«Царевне Суды», Игорь Северянин

Игорь Лотарев поступил в Череповецкое реальное училище и во время учебы проживал в городе, а к родственникам приезжал лишь на каникулах. В этот период Игорь, с одной стороны, много шкодил, в связи с чем остался на второй год, а с другой — увлекся литературой и поэзией.

В 1903 году, так и не доучившись в Реальном училище, юный поэт отправился вместе с отцом на Дальний Восток, в Манчьжурию. Там родилась его брошюра «Из “Песен Сер» (1905), куда вошли стихи, посвящённые «Лильчатой Лиле». Со своей музой он расстался на грустной ноте — когда он уезжал, Елизавета играла свадьбу. Путешествие помогло поэту залечить раны, но тут же омрачилось смертью отца. Это событие разделило жизнь Игоря Лотарева на «до» и «после». Детство, а вместе с ним и отрочество, подошли к концу.

В 1904 году свет увидела брошюра «К предстоящему выходу Порт-Артурской эскадры: Стихотворение».

Всего было выпущено 35 брошюр, многие из которых до сих пор не выявлены. Они сыграли решающую роль в творческой жизни Игоря Лотарева — благодаря им русский читатель узнал о таком поэте, как Игорь Северянин. Нужно сказать, что звучный псевдоним возник не сразу. Был период, когда поэт называл себя «Князем Олегом Сойволским» — именно этим именем подписано стихотворение, посвященное любимой поэтессе Северянина Мирре Лохвицкой.

В 1907 году Олег Сойволский встретился с известным поэтом Константином Михайловичем Фофановым, благодаря которому и возник псевдоним Игорь Северянин.

Я видел вновь весны рожденье.

Весенний плеск, весёлый гул,

Но прочитал твои творенья,

Мой Северянин, — и заснул…

И снилось мне: в стране полярной

В снегу и в инее сады…

И спало всё в морозной неге —

От рек хрустальных до высот,

И, как гигант, мелькал на снеге

При лунном свете лыжеход.

«Я видел вновь весны рожденье», Константин Фофанов

Впервые этот псевдоним в привычном нам виде появился в сборнике стихотворений «Громокипящий кубок» (1913). До этого псевдоним писался через дефис — «Игорь-Северянин». Фофанов стал для Северянина и кумиром, и другом.

«Фофанов был обаятельным, мягким, добрым, ласковым и сердечным человеком, очень нравственным, религиозным и даже застенчивым по-детски».

«Воспоминания», Игорь Северянин

К творчеству Игоря Северянина публика относилась неоднозначно, как это очень часто бывало с поэтами Серебряного века.

«Ещё до революции критика отмечала, что творчество Северянина не лишено погрешностей. В его стихах встречаются и безвкусие, и пошловатая, салонная тематика, и вычурный эротизм, и претензии на ложный аристократизм, и несуразные словосочетания, и непомерное самовосхваление... В хлестком фельетоне “Человек, которого жаль” А. Амфитеатров утверждал даже, что Северянин пишет стихи на языке акклиматизировавшегося в России румынского оркестранта.

Однако видные литераторы, в том числе Валерий Брюсов, не отрицали дарования поэта, его умения видеть по-своему природу и людей.

Игорь Северянин восхищал и читателей, и критиков лирической песенностью, великолепной интонационностью стиха.

Имя поэта было на устах у дореволюционного читателя».

«Из воспоминаний об Игоре Северянине», Юрий Шумаков

Северянин действительно сделался очень известным поэтом в России. Его даже прозвали русским Оскаром Уайльдом. Сам поэт сравнивал себя с Бодлером, видя в нём брата по несчастью, которого травили за шокирующий сборник стихов «Цветы зла».

«Но всё-таки всех “кудесней был сам поэзоконцертант: высокий, чёрный, кудрявый, с «лицом немым, душой пахотной», в длинном сюртуке, с хризантемой в петлице, ну, словом, русский Оскар Уайльд».

«Путь энтузиаста», Василий Каменский

В 1905 году Игорь Северянин познакомился со «Златой» — Евгенией Гуцан, которой он посвятил не одно стихотворение, а саму её называл своей первой любовью. Их отношения продлились всего три года. В это же время вышли брошюры «На смерть Лермонтова», «Зарницы мысли: 1-й сборник стихотворений»; «Сирень моей весны: 2-й сборник стихотворений», «Злата (Из дневника одного поэта)», «Лунные тени: Часть 1», «Лунные тени: Часть 2», а 5 декабря 1908 года родилась их с Евгенией Гуцан дочь Тамара.

В 1911 году Игорь Северянин принял участие в основании движения эго-футуристов. Осенью этого года вышла его брошюра «Пролог. “Эго-футуризм”», а в 1912 году следующая часть: «Эпилог. “Эго-футуризм”». Начиная с 1913 года, поэт активно дает концерты и выступает на поэтических вечерах. Именно в этом году состоялось его первое турне, в которое его пригласили Фёдор Сологуб и Анастасия Чеботаревская. В этом же году у Игоря Северянина и его новой возлюбленной Елены Семеновой (Золотаревой) родилась дочь Валерия.

В 1914 году был издан второй сборник стихотворений — «Златолира», а в 1915-ом — уже третий, «Ананасы в шампанском».

«Игорь Северянин… — это литературное имя громко и уверенно заявило о себе в определенных кругах буржуазного Петербурга в самый канун Первой мировой войны. Аршинными буквами кричало оно с разноцветных афиш, расклеенных на всех оживленных перекрестках города, собирало в лекционные залы и клубные помещения толпы восторженных поклонников и поклонниц, забрасывавших цветами поэта, читавшего нараспев свои жеманные “поэзы”. Стихи поражали слушателей обилием неологизмов, порожденных влечением автора к экзотике бульварных “романов из великосветской жизни” с их неизменными графинями, будуарами, грумами, коктейлями, файф-о-клоками и т. д. — словом, всеми атрибутами роскоши, столь соблазнительными для мещанского вкуса».

«Игорь Северянин», Всеволод Рождественский

За войной последовала Октябрьская революция. Многие русские деятели искусства стремительно покидали страну. В их числе оказался и Игорь Северянин. Своим прибежищем он избрал Эстонию, а именно — рыбацкий поселок Тойла. Там он бывал ещё в 1915–1916 годах. В январе 1918 года поэт отвез в Тойлу свою больную мать и Елену Семенову с ребёнком. Затем он вернулся в Москву, принял участие в нескольких «поэзовечерах» и в сопровождении новой возлюбленной Марии Волнянской уехал в Эстонию, теперь уже навсегда.

Россию он покинул Королем поэтов. Такое звание Северянин получил на поэтическом конкурсе, проходившем в Политехническом музее 27 февраля 1918 года.

«Зал был набит до отказа. Поэты проходили длинной очередью. На эстраде было тесно, как в трамвае. Теснились выступающие, стояла не поместившаяся в проходе молодежь. Читающим смотрели прямо в рот. Маяковский выдавался над толпой. Он читал “Революцию”, едва имея возможность взмахнуть руками. Он заставил себя слушать, перекрыв разговоры и шум. Но “королем” оказался не он. Северянин приехал к концу программы... Стоял в артистической, негнущийся и “отдельный”.

— Я написал сегодня рондо, — процедил он сквозь зубы вертевшейся около поклоннице. Прошел на эстраду, спел старые стихи из “Кубка”. Выполнив договор, уехал. Начался подсчет записок. Северянин собрал записок немного больше, чем Маяковский».

«Москва», Сергей Спасский

Поклонники, слава, друзья — всё это Игорь Северянин оставил позади, даже не догадываясь о том, что его жизнь уже никогда не будет прежней.

Жизнь в Эстонии — это, пожалуй, самый насыщенный и неоднозначный период в судьбе Игоря Северянина. Несмотря на то, что поэт продолжал творить, ездил заграницу с концертами, зарабатывал на переводах, жить на чужбине было тяжело. Публиковаться оказывалось всё сложнее, а жизнь омрачалась вереницей трагических событий.

В 1919–1923 годах заграницей вышли книги «Créme des Violettes: Избранные поэзы», «Puhajogi: Эстляндские поэзы», сборник стихов «Менестрель», роман в двух частях «Падучая стремнина» и.т.д.

В 1921 году у Игоря Северянина умерла мать, — самый близкий ему человек. В этом же году он расстался с Марией Волнянской. Образовавшуюся пустоту в сердце поэта помогла заполнить любовь к Фелиссе Круут, с которой они вскоре обвенчались.

«Со мной в Берлин едет эстийская поэтесса Фелисса Крут [так!], моя невеста. Она — девятнадцатилетняя очаровалка. Мария Васильевна, за семь лет не пожелавшая меня понять и ко мне приблизиться, снова одинока. Я жалею её, но виноватым себя не чувствую. Вы знаете сами, что давно уже всё шло к этому. Жить с поэтом — подвиг, на который не все способны. Поэт, пожертвовавший семью годами свободы своей во имя Любви и её не обретший, прав прекратить в конце концов принесение этой жертвы, тем более что никому она и не нужна, ибо при “нужности” была бы признательность и более бережное отношение. Я благодарен Балькис за все её положительные качества, но одно уже отрицательное — осуждение поэта — изничтожило всё хорошее».

Письмо к Августе Барановой от 13 октября 1921 года, Игорь Северянин

Счастье, однако, продлилось недолго. В 1931 году Северянин познакомился с Верой Коренди, большой поклонницей его творчества, а в 1935 году они с Фелиссой Круут решили развестись. Северянин покинул Тойлу и переехал в Таллин к Коренди, её дочери Валерии и сыну Вакху.

Вера Коренди была с Игорем Северяниным до самого конца, несмотря на то, что он её не любил. К тому моменту поэт был больным и ослабшим. Им приходилось кочевать из города в город, так как средств на проживание в столице не хватало. Сам Северянин ощущал себя в безысходном положении.

В 1940 году Эстония официально вошла в состав СССР. Это событие подарило поэту новую надежду, но угасла она так же быстро, как и вспыхнула. На Родине Игорь Северянин уже не был Королём поэтов.

«В краткий предвоенный период Советской Эстонии воскресли у Игоря Северянина надежды вернуться к литературной работе. Он писал письма в Ленинград и Москву, посылал свои стихи. Некоторые из них были напечатаны в журналах “Красная новь” и “Огонек”. Весною 1941 года Издательство писателей в Ленинграде получило от него несколько сонетов о русских композиторах, которые решено было поместить в одном из альманахов. Мне, как редактору сборника, выпало на долю известить об этом автора, а издательство одновременно перевело ему и гонорар. В ответ было получено взволнованное письмо, где поэт писал, что он “со слезами на глазах” благодарит за помощь в его крайне тяжелом материальном положении, а главное за то, что его “еще помнят на родине”. Мне он прислал небольшой свой сборник “Адриатика” (1932) с дарственной надписью, — книгу, которой суждено было стать для него последней».

«Игорь Северянин», Всеволод Рождественский 

Умер Игорь Северянин от сердечной недостаточности 20 декабря 1941 года в оккупированном немцами Таллине. На его могиле выгравировали надпись — строки из сборника «Классические розы» (1931):

Как хороши, как свежи будут розы,

Моей страной мне брошенные в гроб!

Список литературы

Богомолов Н. А., Петросов К. Г. Северянин Игорь // Русские писатели: 1800–1917: В 5 т. / Гл. ред. П. А. Николаев. М.: Большая российская энциклопедия, 1989–2007. Т. 5.

Воспоминания о Серебряном веке / Предисл. и коммент. В. Крейда. М.: Республика, 1993.

Дом-музей Игоря Северянина. Дворцы и усадьбы. 2013. №110.

Игорь Северянин глазами современников. СПб.: ООО «Полиграф», 2009.

Критика о творчестве Игоря Северянина. М.: Изд-во В. В. Пашуканиса, 1916.

Круус Р. Об «эстонском» периоде Игоря Северянина // О Игоре Северянине: Тезисы докладов научной конференции, посвященной 100-летию со дня рождения Игоря Северянина. Череповец: Изд-во педагогического института, 1987.

Северянин И. Стихотворения. М.: Эксмо, 2008.

Северянин И. Классические розы. Медальоны / Вступ. ст. Ю. Бабичевой; сост. и подг. текста В. Кошелева. М.: Художественная литература, 1991.

Северянин И. Письма к Августе Барановой 1916–1938 / Сост., подг. текста, введ. и коммент. Б. Янгфельдта и P. Крууса. Stockholm, 1988.

Северянин. М.: Молодая гвардия, 2017. (Серия «Жизнь замечательных людей»).

Спасский С. Москва // Маяковскому. Л.: Гослитиздат, 1940.